На виду Гетти была также мыла и через большое сходство казалась копией своей сестры, только смягченной и скромнее. Внешнего блеска, свойственного Джудит, у нее не было, зато спокойный, тихий, почти святой выражение ее кроткого лица прихиляв к ней каждого наблюдателя, и редко кто, посмотрев на девушку, не проникался искренним и глубоким сочувствием. Лицо у Гетти было бледно; незамысловатая воображение не порождала в голове мыслей и желаний, от которых могли бы зарумьяниты ее щеки; добродетель была настолько присуща Гетти, что она словно поднимала девушку над всеми человеческими слабостями. Природа и условия жизни сделали из нее простодушное, наивное и доверчивое существо, а провидение защитило ее от зла ореолом нравственного света, как говорится, отвела злые ветры от стриженого ягненка.
- Вы Гетти Гаттер? - Сказал Зверобой, как вот обращаются с вопросами к самому себе, и с его голосе было столько доброты и приветливости, что это, безусловно, не могло не вызвать доверия девушки. - Гарри Непоседа рассказывал мне о вас, и я знаю, что вы совсем ребенок.
- Да, я Гетти Гаттер, - ответила девушка низким, но приятным голосом, который природа и воспитание уберегли от пошлости .- Я Гетти, сестра Джудит Гаттер и меньшая дочь Томаса Гаттер.
- Тогда я знаю вашу историю, потому Гарри Непоседа много рассказывал о вас, а он мастак поговорить, когда есть слушатели. Вы все время живете на озере, Гетти?
- Конечно. Мама умерла, папа пошел к своим ловушек, а Джудит и я сидим дома. А вас как зовут?
- Легче об этом спросить, девушка, чем мне ответить на такой вопрос. Я еще так молод, а уже переносил имен больше некоторых знаменитых вождей в Америке.
- Но вы не бросаете одно имя, прежде чем честно заслужите другое?

- Надеюсь, что нет, девушка, надеюсь, что нет. Мои имена были вполне заслужены. Думаю, что и то, которое я ношу сейчас, удержится недолго, потому делавары редко дают человеку постоянное прозвище, а то все на время, пока представится возможность показать себя на совете или на тропе войны.Мне такого случая еще не бывало. Во-первых, я не родился краснокожим, а потому не имею права участвовать в их советах, и одновременно я слишком скромная личность, чтобы со мной советовались знатные люди моего цвета кожи. Во-вторых, сейчас вот началась первая в моей жизни война, но до сих пор еще ни один враг не ворвался в Колонию так далеко, чтобы его могла достать рука, даже длиннее моей.
- Скажите мне ваши имена, - продолжала Хетти, простодушно глядя на него, - и, может, я скажу, что вы за человек.
- Не спорю, это возможно, хотя далеко не всегда. Люди часто ошибаются, определяя характер своих ближних, и дают им имена, которых те вовсе не заслуживают. Вы можете убедиться в этом, взяв имена Минг, которые их языке означают то же, что и имена делаваров, - по крайней мере так мне говорили, потому что сам я мало знаю об этом племени, - но если верить слухам, некоторые не могут назвать Минг честными, справедливыми людьми. Поэтому я не придаю большого значения именам.

- Скажите мне все ваши имена, - серьезно повторила девушка, ибо разум ее был слишком прост, чтобы отделять вещи от их названия, и имена имели для нее большой вес. - Я хочу знать, что о вас думать.
- Хорошо, вы услышите все мои имена. Прежде всего я христианин и с рождения белый, как и вы. Поэтому мои родители дали мне имя, которое переходит от отца к сыну, как доля наследства. Моего отца звали Бампо; конечно, так назвали и меня, а когда крестили, нарекли Натаниэль, или Нетти, как часто меня все зовут ...
- Да-да, Нетти и Гетти! - Быстро перебила девушка и, опять оторвавшись от шитья, улыбнулась ему. - Вы Нетти, а я Гетти, хотя вы Бампо, а я Гаттер. Бампо немножечко хуже, чем Гаттер, правда?
- Ну, как на кого. Бампо звучит не очень величаво, я согласен, и все же немало людей прожили свою жизнь с этим именем.