Закривидорози даже пришлось поспорить с Мизерницею, в который все же дошел слух о подкоп, - и он, приехав из тылов, где находился его полк, захотел посмотреть, правильно ли казаки копают и куда. Закривидорога заявил, что никакого подкопа нет и что вообще он ничего Мизерници показывать не собирается. Мизерниця, всегда такой осторожный и деликатный, на этот раз вспылил, схватил саблю, начал кричать:
- То есть непослушание! Да еще и в условиях похода! Ты знаешь, что за это тебе полагается?

- Я все знаю, - спокойно ответил Закривидорога. - Я выполняю приказ пана гетмана. Можешь идти к нему и спрашивать.
Побежал Мизерниця к гетману. А гетман ему:
- Тебе сказано стеречь тылы - вот и наблюдай. Закривидорога в твои дела не лезет? Не лезет! Так чего ты лезешь к нему?

Сильно набурмосився Дорошенко, глаза его светлые потемнели. Если бы ему сейчас в руки пистолет - то переломал бы к черту.

Шагин-Гирей, которому надоел сопротивление защитников Кафу, вывел под стены города связанного Кантемиров сына Иштерека. И тут же послал своих переговорщиков с письмом: если Кантемир не сдаст Кафы, Иштерека будут казнены. Кантемир с переговорщиками обошелся ласковее, чем прежде Шагин-Гирей, он оставил их живыми. Они принесли ему письмо: Шагин, ты - неверный раб великого хондкара. Покорись ему добром. Может, он смилостивится над тобой и защитит от гнева хана Джанибека, который вскоре займет надлежащее ему трон. А за сына моего отвечать перед большим султаном, царем мира, перед которым ты - ничто. Кантемир Дивеев, мурза белгородской орды, паша Ячакова, Силистрии и Бабадаг, хранитель польско-турецких границ и княжеств.
Шагин прочитал ответ Кантемира и крикнул:
- Эй ты, турецкий прислужники! Покажись нам хоть сейчас! Знаем, как ты по ночам убегаешь в море, чтобы тебя не поймали и не привели ко мне!
Это было правдой. Кантемир боялся ночного штурма или ночной предательства своего же гарнизона. По ночам его вывозили в море, и он там находился до утра.А утром снова появлялся в городе, опять командовал обороной ...
Кантемир явился на стене. Не удостоив Шагина ответом, молча смотрел на Иштерека.
Иштерек, увидев отца, звонко крикнул:
- Не сдавайте Кафы!
И упал на землю после удара Шагина.
Его подняли, поставили на ноги. И он воскликнул вновь:
- Не сдавайте Кафы!
Кантемир молча смотрел. Молча смотрели и его мурзы и воины. Смотрели и думали. А о чем думали - того на татарских лицах не вчитаеш.
- Эй ты, Кантемир! - Крикнул Шагин-Гирей. - Подумай о своем сыне. Сегодня он жив, хотя и избит, а завтра он может быть мертвым!
Ничего не ответил Кантемир. Но и со стены не сходил. Просто смотрел в другую сторону - в сторону моря.
Невольно посмотрел туда и Шагин-Гирей. И увидел: на горизонте маячили корабли.

Это шло к Кантемира подспорье из Стамбула ..

Ни Дорошенко, ни Шагин-Гирей еще не знали, что на одном из кораблей турецкой эскадры был и хан Джанибек. Искупавшись в море несколько недель назад, он после битвы с Недайборщем и его ребятами на уцелевшей галере вернулся в устье Дуная. Оттуда Джанибек кое-как добрался до Стамбула, рассказал о том, что с дунайской флотилии проку будет немного: половину сейменов и янычар потопили в море казаки, а вторую половину, измученную невзгодами морской пути, разгромят на суше войска Шагина и Дорошенко.