Мужчина дрожал как осиновый лист, и смотрел на своих преследователей невидящими глазами загнанного зверя.

- Кажется, тебя зовут Хейр? - Спросил Ястреб уже собственным, непритворным, голосом. Он говорил своим обычным строгим тоном, хотя и старался быть деликатным. Хейр молчал, то ли не воспринимая, то ли просто не слыша вопроса.
- Сделай мне одолжение, - сказал Ястреб.
Однако мужчина даже не пошевелился. Архимаг добавил:
- Я заплачу тебе.
- Слоновой костью или золотом? - Наконец вяло поинтересовался Хейр.

- Золотом.
- Сколько?
- Настоящий маг должен знать цену своего заклинания.

Услышав это, Хейр побледнел, потом его лицо на миг ожило, хотя почти сразу после того оно снова покрылось полудой равнодушия.
- С этим покончено, - сказал он, - покончено навсегда.
Вдруг его аж передернуло от удушливого кашля. Нападение продолжалось довольно долго, но наконец, видхаркнувшы черное мокроты, Хейр выпрямился, покачиваясь, как лунатик, с таким видом, будто все, о чем они здесь только что говорили, выветрилось из его головы.

Арен, будто зачарованный, не сводил с него взгляда, видя во всем, что происходило, какой-то особый смысл. Хейр притаился в неглубоком уголке, образовавшийся между двумя вытесанные из камня человеческими фигурами, установленными вдоль дверей дома. Казалось, что могучие мышцы статуй изнемогают под тяжестью фронтона, а их наполовину вмурованы в стену мускулистые тела тщетно пытаются вырваться из каменных объятий. Двери, которые охраняла скульптурная стоит, уже насквозь прогнили, да и сам дом, некогда был роскошным дворцом, выглядел ужасно запущенным. Хмурые лица каменных великанов потрескались от времени и поросли мхом. Среди этих страшноватый идолов истощенная фигура человечка, называемого Хейр, казалась особенно нуждающимся и беззащитной. Темные провалы его глаз были такими же пустыми, как и окна заброшенного дворца. Он протянул к Ястреба истерзанную руку и заныл:
- Подайте бедному калеке, господин ...
Колдуна аж передернуло, словно от боли или стыда.Арен даже заметил, что на миг из-под убранной личины простоватого купца проступило настоящее лицо Ястреба. Потом он опять положил руку на Хейрове плечо и что-то прошептал той волшебной языке, которого Арен сих пор не понимал.
Зато Хейр прекрасно понял сказанное. Он схватил Ястреба своей единственной рукой и, запинаясь, прохрипел:
- Ты еще не забыл ... не забыл тех слов ... Пойдем со мной, пойдем ...
Маг кивнул, искоса взглянув на Арена.

Неустанно спускаясь покатый склон, они скоро оказались в одном из лощины между тремя холмами, на которых стоит город Горт. Улочки становились все уже, темнее и безлюднишимы. Тоненькая полоска неба виднелась между нависшими крышами, а стены домов были влажными от грязных испарений. Ужасно воняло нечистотами, которые день и ночь текли узким перетока. Через этот рештака кое-где можно было перейти зыбкой кладкой, а вдоль него, как вдоль набережной, теснились полуразвалившиеся домишки.