Они никогда не попытались бы сбросить ветеранов, но если он уйдет, они будут действовать прагматично.

Никто не спросил: разве выступать кто в защиту ветеранов? .
Никто не сказал: о, все и каждый! Они будут говорить: бедолага ... это все от перенапряжения на службе ... Они твердитимуть: в тихом омуте черти живут ... Они скажут: ну да ... надо поместить его куда-то, где он не причинит вреда себе или другим, не так ли? Они предложат: возможно, стоит установить ему небольшую статую? Они признают: мы должны как минимум закрыть следствие против него - ведь мы многим ему обязаны ... Они суммируют: мы должны смотреть в будущее! И вот так, без лишнего шума, и произойдут изменения.
Никто не завершил: Убить репутацию - какая замечательная идея! Обычное убийство срабатывает только один раз, а это будет работать ежедневно.
Зато одно из кресел сказал:
- Интересно, не попытается вельможный Дауни или и то же господин болотник ...

Другое кресло ответило:
- О, да бросьте! Зачем это им? Гораздо удобнее действовать по нашему плану.
- Это так. Господин Никчемський имеет все необходимые качества.
- Мужчина из хорошей семьи.
- Прислушивается к мнению простых людей.
- Надеюсь, не только простых людей?
- О, что вы. Он всегда готов принять разумный совет. От компетентных ... кругов.
- Ему понадобится немало таких советов.
Никто не сказал: он - бездарный марионетка.
- Так или иначе, Варту необходимо будет привязать на короткий поводок.
- Не беспокойтесь. Ваймз делать то, что прикажут. У него нет выхода. Никчемський будет не менее легитимным патрицием, чем ветераны. А Ваймз представляет собой тип человека, должна иметь босса, поскольку это дает легитимность ей самой.
Пидступп кашлянул.

- Это все, джентльмены? - Спросил он.
- Как насчет Времени Анк-Морпорка? - Поинтересовалось кресло. - С этой стороны вырисовывается небольшая проблема, не так ли?
- Их воспринимают как развлечение, - сказал господин Пидступп. - И не воспринимают всерьез. Тиражи Сенсаций уже вдвое выше, и это только за один день.Причем Время недофинансируется. И им нечем покрывать дефицит.

- Интересная история была в Сенсация - о той женщине и змею, - сказал другой кресло.
- Действительно? - Сказал господин Пидступп.
Между тем кресло, заговорило о Времени, еще не завершило своего мнения.

- Мне было бы спокойнее, если бы несколько ловких ребят разбили их станок, - сказал он.
- Это привлечет внимание, - отрицало еще одно кресло. - А им именно внимание и нужна. Каждый ... писака на такое просто молится.

- Ну, если вы настаиваете ...
- Я и не думал настаивать. Но Время закроется, - сказал кресло, и это было именно то кресло, в которое прислушивались остальные. - В юноше еще много идеализма. Ему еще предстоит понять, что то, в чем общество заинтересовано, и то, что обществу интересно - это совершенно разные вещи.
- Простите?

- Я имею в виду, господа, что читатели, возможно, высоко ценят его талант, но покупают все же Сенсации. Ибо они интереснее. Говорил ли я вам когда-нибудь, господин Пидступп, что ложь может пересечь мир быстрее, чем правда обует одну ногу?
- Очень много раз, ваша вельможносте, - сказал Пидступп с только немного более ядовитой, чем обычно, вежливостью. Заметив это, адвокат тут же добавил: - Безусловно, это и правда точный выражение.
- Отлично, - презрительно фыркнула наиболее важно кресло.