- А еще что?
- Ничего ...
- Они что - взбесились? Они хотят, чтобы я им изломал сейчас головы и повиставляв на муравьев?
- Они - люди подневольные, - ровным голосом сказал Акрам-баши, - им сказали - они выполняют ...
- А ну, Акра, введи их сюда! .. Я с ними поговорю! ..
Ввели переговорщиков. Их было трое. Смотрели настороженно. Знали, что пришли туда, откуда живыми могут и не выйти. Но приказ есть приказ. им приказали передать такие и такие условия - вот они и пришли.
Шагин дважды прошелся перед переговорщиками - и снова как барс перед смертельным прыжком.
- Что предлагают ваши начальники? - Спросил он, остановившись.

Средний из переговорщиков сказал:
- Предлагают отдать нам Иштерека. А мы вам - Амета Киримлы, через разбойничьи действия которого нам не удалось завладеть Бахчисараем.
- И это все?
- Пока все, - неохотно ответил средний, - Но вы можете передать нами свои требования.
- А у нас одно требование - чтобы Кантемир вместе со всеми своими войсками ушел из Крыма и больше никогда сюда не приходил. А как придет - мы посадим на кол его сына Иштерека. Он будет сидеть у нас аманатов. Ясно?
- Ясно, - ответил средний. - Нам сказали еще такое: крепкие стены Бахчисарая, но и они могут упасть перед войском Кантемира. И еще сказали, чтобы мы передали: если хоть один волос упадет с головы Иштерека, то из вас падут головы.
- Ты сам себе подписал приговор, ничтожество, - с удовлетворением сказал Шагин-Гирей. - Я хотел только вискубты твою бороду и выколоть тебе глаза и пустить с богом, а теперь я с наслаждением отрублю твою голову и выброшу твоим собакам за стену!
Шагин тут же ухватился за саблю. Акрам-баши крикнул в испуге: Гальт! - но было уже поздно: глава переговорщика покатилась по ковру, и кровь из нее хлюпала, как красное вино из перевернутого кувшина ...

- И этих - тоже! - Рявкнул Шагин стоят. - А головы - за стену!
Он ходил по комнате, вплоть бегал, и его мягкие сапожки оставляли на ковре красные следы - он таки в кровь ...

Часовые и рабы вынесли обезглавленный труп, вынесли и голову, что смотрела затухающими глазами на Шагина, вытерли кровь.Шагин ходил взад-вперед ... Наконец, остановился напротив Акрама-баши.
- Ну? - Спросил. - Чего молчишь? .. Ну, как?
- Зер Шлехти, - ответил Акрам-баши. - Яман!
О, как надоела Акрам-баши вся эта служба, всю свою жизнь неизвестно за сколько миль от родного края! Собственно, не так и далеко от Крыма его Бремен, а кажется: на другом конце ночного неба. Что его держит в этом адском края? Деньги? Вера? Положение? И его же собственная голова еще неделю назад могла вот так смотреть, как председатель сего парламентера, с колышка на стене! Благодаря, конечно, Шагин, который спас от неправедного гнева Магомета. Неистовый Шагин, смирно-набожный и нерешительный Магомет ... А головы летят одинаково ...
- Яман! - Твердо ответил Акрам-баши.
Так же твердо знал, что Шагин-Гирей его не заденет ни за какие слова. Он нужен Шагин.

Амет-Киримлы умирал. Он стоял на помосте, привязан руками к перекладине. Ноги, чтобы он не дригався и не отражался ими, были зажаты в специальных колодках.
Палач подошел сзади и провел ножом по голой спине Аме-и. Ешкийя даже не вздрогнул. Темно-красная кровь закапала на пол. Палач провел ножом еще раз ... Амет-Киримлы посмотрел на стены Бахчисарая. На стенах стояли онемевшие ребята. Он знал: этой ночью они пролезли в неприятельский лагерь, они все искали его, но не знали, в каком месте его держат, они украли Иштерека, но сделали ошибку: отдали этому Иштерека, сына мурзы Кантемира, Шагин.