Царская власть поддерживала среди них темноту и предрассудки, страх перед духами и чертями, чтобы удобнее было их эксплуатировать и триматив повиновении.
- У нас все еще по некоторым селам слоняется один шаман, - вспоминал Чижов. - Я его знаю. Это старый дед, живущий в небольшом селе близ Вертловкы. Свое ремесло он показывает только из любезности и еще, пожалуй, по привычке. В ходе открытия зимней охоты он время наезжает в отдаленных поселений и выполняет там у бывших полусгнивших алтарей свои обряды. Однако никаких сторонников у него уже нет, только дети из любопытства следят за этим старым шаманом и, когда он идет, просят отдать бубен и другие игрушки, которые шаман носит, чтобы выполнять давно забытые церемонии. Охо-хо-х, в старину было людям хлопот в тайге! На духах и черта, на купцах и царских чиновниках - везде приходилось только своего прилагать. Именно в тайге наиболее заметно, каких огромных успехов достигли некогда отсталые народы. Даже маленькие дети уже не верят в чертей и нечистых, в злых духов и всемогущего повелителя тайги - Амбу.
- Истинная правда! - Подтвердил Еменка. - А теперь поговорим о нашем Амбу. Что делать завтра?
Решили утром поделиться на две группы и осмотреть болота. Одну группу поведет Чижов, а вторую - Еменка. Поскольку все хотели принять участие в охоте, пришлось жеребьевкой решать, кому оставаться в лагере возле лошадей. Повезло Шульгину, который проклинал свою обездоленность. И все же лесничему пришлось примириться с неизбежностью. Но он предупредил, что если охота будет безуспешное и вновь осуществлять жеребьевки, то он в нем не будет участвовать.

Разбиться на группы было нелегко. Тамара не хотела ехать без Олега. Винтовки ни у кого из них не было. Олег одолжил ее у Шульгина. Наконец, мы договорились, что Еменка пойдет со мной, а до Чижова пристанет Старобор, и в их группе будет четверо.
Как только занялся рассвет, мы уже были на ногах. У болота разошлись. Каждой группе определили направление движения и пожелали друг другу успешной охоты.Еменка взял с собой свою собаку. Два других остались в лагере у Шульгина.
Брести по болотам было очень трудно. Обдирая руки и лицо, мы пробирались сквозь густые колючие заросли. Одежда рвался, над нами висели облака мошкары, от усталости ныло все тело. В полдень по следам мы установили, что дикие свиньи опять услышали своего грозного врага и круто повернули из этих опасных мест куда к реке.
Сделав немалый круг, мы сели немного отдохнуть и перекусить, а потом тоже повернули к реке. Было душно. Вдруг наша собака сердито зарычал и ощетинившись замер. Еменка мигом упал на землю и махнул рукой, чтобы я сделал то же самое. Я лег в высокую траву и, осторожно подняв голову, приставил к глазам бинокль. В солнечном сиянии то мелькнуло перед линзами, похоже скорее на огромного пресмыкающегося, чем на тигра. В низкой растительности тигр вынужден пресмыкаться просто по земле. Причем это у него так совершенно, что казалось, будто зверь совсем не двигает лапами. И в этом было что-то действительно страшное. Я поднял винтовку. Но тигр, словно дух, вдруг исчез в густых зарослях. От охотничьей лихорадки у меня задрожали руки. Я тихо подполз к Еменкы. Он приказал быть спокойным и бодрствовать. Но это уже было лишнее, потому тигра мы больше не видели. Только надоедливые комары жужжали над нами и рябенькая птички кедровки, наверное, смеялись, что мы тут зря лежим.
Между тем дикие свиньи оказались неизвестно где. Итак, тигр сегодня остался без вкусного обеда. Пока мы лежали, собака успокоилась. Все говорило о том, что хищника поблизости уже нет.
Мы решили найти его следы. Я лежал, не спуская глаз с места, где заметил тигра, и направил туда Еменку. Охотник быстро заметил следы. Они петляли более камышами до густого кустарника, пока не исчезли у продолговатого болота.
Дорога становилась все тяжелее, и мы, наконец, поняли тщетность своих попыток. opera mini