Дуня-я, Дуня - ягодка моя! Песня всем нравится. Кончились слова, но тут окутывает Василия желание импровизации. Нужны только первые строки, которых поется соль. Василий импровизирует: И было бы все хорошо, только врывался Тарас! - Хор подхватывает: Эй, эй, эй ... Дуня-я, Дуня - ягодка моя! . Тарас Дуню обнимает, Дуня губки отвлекает! Гей, гей, гей! ... Девушки также пробуют петь. Они затянули Ехал стрелок на вийноньку, но пение ребят совсем заглушает их. Варвара Сергеевна сидит с девушками и улыбается. Она довольна. За перегородки сидят директор в свежем, кремовом наряде, Семен Иванович в темно-синий с выложены воротником рубашке, Речицкий в старом, но тщательно отутюженном белом полотняном костюме и Ижакевич в обычном бережно удержанного наряде, с галстуком и со всем, что к тому полагается. Они, наверное, жалеют, что сели так далеко от ребят, а те там теперь производят, что хотят ... Они прислушиваются к мальчишеского пения, затем директор спрашивает: - А который то там
импровизирует? - Усики его недовольно моргают, потому что он не может встать, пойти туда и крикнуть: - Эй, эй! Тихо там! .. Семен Иванович улыбается в свои небольшие, рыжеватые подковкой усики. - Это, кажется, Шеремета, - говорит он по хвильци. - Так знаете ... Молодежь, - добавляет он к сказанному. - Но-но, но! Хорошо, хорошо, хорошо! Но это вовсе не песни для учащихся. Они же не солдаты ... Сделаете им, Семен Иванович, замечания. Ижакевич улыбается также, ибо ему и самому хотелось бы так спеть, и философствует: - А вот интересно ... Как только всидае в вагон большее количество организованных людей, они сразу чувствуют себя по-воинственный ... Даже это заметно у женщин ... Вот хотя бы и песни - и те и другие сразу начали с воинских ... Директор, не очень разбирается в песнях, спрашивает: - А разве и девушки поют воинской? - Ну,-говорит Семен Иванович, - Ехал стрелок на вийноньку. Хм ... Не слышу в том ничего солдатской ... Именно для девушек песня ... - Я говорю о той ... ту Дуню ...
После того учителя развлекают о характере песен, об их происхождении.Песня, мол, отражает душу. Или мы имеем хорошие воинские песни? Песня - очень важный фактор в жизни народа ...
А поезд себе бежит. Он ни на что не обращает внимания. Вот он уже разогнался, несколько раз для бодрости свистнул и гонится прямо на лес, что там чуть синеет на горизонте. Дым разбивается от легкого дуновения южного ветра и осторожно, словно боясь упасть, стелется по молодых, зеленых хлебах ...
Все это длится одно мгновение. Вот уже и лес. Паровоз хрипло перебоями засвистел и пересек наискось дорогу к Крем `Каменец-Дубно. Вот уже с обеих сторон лес. Дело больше шпилечный, слева - лиственный. Еще мгновение, и поезд останавливается. Крошечная станция с правой стороны. Небольшой и деревянный домик. На черной доске еще заметны следы надписи по-русски Смыга, но теперь там написано по-польски. Слева широкая площадь и на ней беспорядочно свалены много почерневшего от времени дерева ...
Здесь очень чувствуется влияние весеннего солнца. В цветниках у домиков ярко цветут малиновые пионы, сиреневый коситень, без не может дождаться и, кажется, вот-вот расцветет мгновенно. Пахнет смолой, свежестью ... Все до пересади зеленый.

Молодежь с гамом высыпается. Выпрыгивают из вагончиков. Девушки прихорашиваются, ребята собираются в поход, директор не может удержаться, чтобы не вмешиваться в этот шумного общества. Он то и дело делает замечания. То неприлично розхристався, у того плохо начищенная обувь, в другой растрепанная голова. Он также не забыл ребятам их пения. Но-но, но! Вы там ... Гей! Что это вы там поете? Это вы, Шеремет, видзначуетесь ...
Но его, наверное, никто не слушает. Варвара Сергеевна пытается перекричать всех, но куда ей.