Когда лодка отток чуть дальше, эхо утихло, но зато именно шемрання волн сделалось громче.

- Кажется, там, в пещере, слышать некий голос? - Спросил Арен.
- То голос моря.

- Но оно шепчет какое слово!
Ястреб прислушался, тогда внимательно посмотрел на Арена:
- Что именно ты слышишь?

- Оно как бы говорит: АХМ.
- В истинном языке это слово означает начало или испокон веков. Но мне сейчас слышится скорее ОГБ, что означает конец ... Эй, ну посмотри вперед! Что это там? - Вдруг прервал свои объяснения Ястреб. И тотчас Арен предостерегающе закричал:
- Мель!
Вскоре их лодка покинул причудливое скопление скал и вышел в открытое море. А еще через некоторое время перед глазами путешественников предстал мрачный, похожий на гигантскую караульную вышку, остров. Скалы вокруг него были черными и казались вылепленными из многочисленных цилиндров или столбов, плотно прилегающих друг к другу так плотно, как в мозаике. Эта невероятная черная стена поднималась над морем почти до небес.
- Замок Калесина, - пояснил Ястреб. - Так называли этот остров драконы, когда я много лет назад встречался с ними в здешних краях.
- Кто такой Калесин?
- Самый древний ...
- Это он построил этот замок?

- Не знаю. Я вообще не знаю, кому по силам такое построить ... Как и даже не догадываюсь, сколько лет Калесину. Я говорю ему, хотя и не уверен, что это самец ... По сравнению с Калесином Орм-эмбарго - младенец, а мы с тобой - просто бабочки-однодневки ... - Маг задумчиво смотрел на потрясающие черные стены, и Арен тоже встревоженно поднял голову, думая о то, что будет, когда им на голову вдруг упадет гигантский дракон. Однако, к счастью, ничего такого не произошло. Они медленно плыли дальше в тени черных скал, прислушиваясь к шемрання волн накатывались на базальтовые стены Замка Калесина. Море здесь было очень глубоким, прибрежные рифы остались позади. Арен руководил лодкой, а Ястреб внимательно всматривался в чистое небо впереди.
Наконец лодка вышла из густой тени, которую отбрасывал Замок Калесина, и они снова оказались на солнцепеке. Дракону Пастбища остались позади. И скоро Ястреб наконец увидел то, что уже давно ожидал увидеть: в безграничном небе на своих золотистых крыльях несся к ним дракон Орм-эмбарго.
Арен услышал, как Ястреб воскликнул: Аро Калесин? - И догадался, что это значит, но не понял, что ответил колдуну дракон. Арен, как всегда, чувствовал, что почти понимает Истинную Речь, словно когда-то он знал все эти слова, а потом просто забыл их. Когда волшебник произносил слова Истинной Речи, голос его звучал гораздо отчетливее, чем когда он говорил по-гардийськы, а каждое произнесенное им слово словно окутывала тишина - так же звонко и чисто звучит отдельный, даже самый тихий удар огромного колокола. Голос дракона, зато, походил скорее на гонг - гулкий и одновременно немного пронзительный.

Арен не мог отвести глаз от своего товарища, который, стоя в узком челноке, разговаривал с нависшим над ними чудовищем, что заслоняло собой полнеба. И счастливая гордость наполняла сердце юноши: сейчас он видел, какой мощной может быть такая крохотная и впечатлительный существо - человек! Ведь дракон мог бы единым взмахом своей когтистой лапы отрубить колдуну голову, мог бы сокрушить и потопить их лодка ... Однако все это не имело никакого значения: Ястреб не уступал силами Орм-эмбарго, и дракон это знал.
Волшебник вернулся в Арена.
- Лебанене, - позвал он, и юноша отправился в Ястреба, хотя, по правде говоря, ему совсем не хотелось хоть на шаг подходить к жутких челюстей, имевшие по пятнадцать локтей, и к продолговатых желто-зеленых глаз с внимательными щелями зрачков , которые тлели прямо над его головой.
Ястреб ничего больше не сказал Арене, он лишь положил руку ему на плечо и снова что-то произнес, обращаясь к дракону.

- Лебанен, - прогудел жуткий холодный голос. В 2 раза больше фотографий свадебная фотосессия.