- У меня нет никаких денег! Я сам зарабатываю на жизнь!

- Да, но ты мог выбирать! И в любом случае, аристократия не позволит одному из своих умирать с голоду. В таких случаях всегда находится какая безглуда работа по очень приличную зарплату ...
Она вдруг осеклась, часто дыша, и отбросила с глаз прядь волос. После чего посмотрела на него взглядом пушкари, что уже зажег фитиль, но вдруг задумался, пушка из вражеского стороны не окажется гораздо большего калибра.
Вильям открыл рот, попытался заговорить, остановился и попытался снова. В конце концов, немного хрипло, он сказал:
- В известной степени ты прав ...
- Дальше предстоит но. Я знаю, - сказала Сахариса.
Вильям вдруг заметил, что на них смотрят все печатники.
- Да, но ...
- Ага!
- ... Но это большое но, если не возражаешь. Это важно! Хотя бы кто-то должен переживать ... полнотою. Чего Ветераны, как правило, не делает, так это - великого зла. А ведь мы имели властителей, которые были совершенно сумасшедшие - и очень, очень жестокие. Причем не так давно. Ветеране не мог бы быть очень хорошим человеком, но я не далее чем сегодня завтракал с человеком, который мог бы быть несравненно хуже правителем. И таких, как он - легион. А то, что происходит сейчас - неправильно. А что до твоих глупых любителей попугайчиков, то если их интересуют только существа, которые кудахчут в клеточках, то рано или поздно к власти придет кто такой, кто позапхае им этих попугайчиков в глотки! Тебе это понравилось бы? Если мы не напружимось, то все, что о чем они успеют узнать - это идиотские ... истории о собаках, которые разговаривают, и Эльфы съели мою дрессированную мышку. Поэтому не читай мне лекций о том, что важно, а что нет, ясно?
Они уставились друг другу в глаза.
- Не смей со мной так разговаривать.

- Это ты не смей со мной так разговаривать.
- У нас недостаточно рекламы. Сенсации забивают площадь объявлениями от крупнейших гильдий, - сменила тему Сахариса. - Вот что нам нужно, а не рассказы о том, сколько весит серебро.

- И что я могу здесь сделать?
- Придумать, как привлечь побольше рекламы!
- Это не моя работа! - Взорвался Уильям.

- Это - то, что нужно для спасения твоей работы! Мы ставим только предложения вправить сустав или вылечить боль в пояснице, по пенни за строку!
- И что? Пенни складываются воедино!
- Ты хочешь, чтобы нас называли Газетой о старческий ревматизм?

- Я извиняюсь, то мы делаем номер или нет? - Спросил Вернигора. - Не то чтобы нам не нравилось вас слушать, но цветные рисунки заберут много времени.
Уильям и Сахариса оглянулись. Они были в центре всеобщего внимания.
- Послушай, я понимаю, что это много для тебя значит, - сказала Сахариса, понижая голос. - Но все эти ... политические вопросы ... это дело Дозора, а не наша. Вот и все.
- Следствие застряло. Это следует из разговора с Ваймзом.
Сахариса изучала его окаменевшее лицо. Перегнувшись через стол, она вдруг погладила его по руке.
- Тогда, возможно, твои усилия не напрасны.
- Ха!
- Ну, если ветераны собираются помиловать, может быть, это потому, что кое испугался твоих действий.
- Ха! И кто это - кое?
- Ну ... сам понимаешь ... те, кто всем управляют. Они замечают все. И, наверное, читают Время.
Уильям бледно улыбнулся.

- Завтра мы найдем кого для работы с рекламой, - сказал он. - И этот дополнительный сотрудник нам точно не помешает. Хм ... Я собираюсь немного пройтись. Заодно возьму для тебя ключа.
- Ключа?
- Тебе же нужна платье для бала?
- Ох. Действительно. Спасибо.
- И не думаю, что те двое вернутся, - добавил Уильям. - Вряд ли сейчас в городе еще какой пункт находится под таким же надежным присмотром, как этот.