Они проехали по селу медленно и не таясь, и Бобрьонок с удовольствием увидел, что Параска стоит на ганку.Жинка провела виллис долгим взглядом, офицеры проехали так близко, что Бобрьонок сумел увидеть даже выражение Парасчиного лицо - некий отчужденный и равнодушный, а может, это только показалось ему, ибо Прасковья даже махнула им, и майор поднял руку, отвечая на приветствия. Виллис остановился там, где из леса на проселок вышел хромой. Шофер Виктор вытащил довольно большой кусок брезента, расстелил на траве, ее розшукувачи протянулись на нем, глядя, как возится хлопець.Виктор поставил на брезент полный термос крепкого и сладкого чая, острым ножом открыл банку тушенки, положил полбуханки хлеба - это был офицерский паек, но Виктор от себя добавил еще несколько помидоров и две луковицы, успел заскочить в Маневичах на базар. А что такое помидоры? Сейчас они стоят копейки, тети выносят ведрами, потому уродились ... Виктор явно умалял свою роль в организации дополнительной пайки, денег у него, как правило, не было, и ей какие деньги у обычного ефрейтора, пожалуй, стрельнул кого из знакомых - добрая душа, разобьется, а сделает приемнисть.Толкунов лежал, смотрел пристально в небо, будто и вправду в его безоблачности было нечто странное, и капитана, видимо, не обходила Викторова заботливость. И вообще как ничто не трогало: ни помидоры, ни жирная тушенка, которая пахла так, что в Бобрьонка рот давно исполнился слюной, капитан мог обойтись даже без горячего чая, мог обойдись без всего, чтобы был крепкий табак и ломоть хлеба с солью - славился в Смерш своей неприхотливостью и равнодушием к так называемым материальным благам, довольствовался минимальным и почти никогда не жаловался. Правда, это не исключало того, что при случае мог и выпить в кругу товарищей, и вкусно поесть .- Готово, - сказал Виктор.Толкунов перевернулся на живот, одбатував большой кусок хлеба, вытащил ножом из банки тушенку и начал жевать медленно, словно не было изнурительной ночи и голодного дня. Не отрываясь от еды, спросил у Бобрьонка: - Витьку отпустим? - Конечно, чтобы машиной здесь и не пахло.Толкунов взглянул на часы .- дотемна еще лесом происходим .- Угу, - согласился майор и откусил половину большого, сочного и невероятно вкусного помидора. - Ты присоединяйся, - предложил Виктору .- Да я уже ... - Не кривляйся, - сказал Толкунов строго. - Чем в столовой кормили? Кашей? - Пшенная .- Это тебе не каша .- Точно, не каша, - улыбнулся тот то просветленно - действительно, что такому здоровому парню солдатская пайка, на один зуб, а тут тушенка и помидоры .- Я так думаю, - продолжал Толкунов, - мы пройдем буераком, я там увидел одно место, и, к сожалению, еще не успел обшукати.З Толкунова работать - удовольствие. Ни словом еще не перемовились, а уже понял Бобрьонка. Вот и сейчас: раскладывает все по полочкам, будто думает одинаково с майором .- Потом ты в хлеву засядет, а я у Парасчинои дома. Тот парень может раньше прийти, бери его сразу, нам девушка ни при чем, никуда она не денется, с ней поговорим потом, а вот на ее хахаля мне очень хочется взглянуть .- А не лучше нам обоим - около дома? - Зачем? - Если не один он из леса выйдет? - А девка зря путь к хлеву проложила? Все туда пойдут.