КОСМИЧЕСКАЯ Эсхатология

После обеда второго дня Стиргард пригласил к себе Накамуру и обоих пилотов. Сразу же после катастрофы, применив всю силу маневрового агрегата, Гермес поднялся над эклиптикой, чтобы избежать тучи лунных обломков, и взял параболический курс на Солнце. Одновременно он выбрасывал за корму радиозонды и трансмиттеры. Они передавали данные, на основании которых стало ясно, что Квинта стянула на себя все осколки разбитого Луны, ибо залп баллистических ракет настолько возбудил кавитацию, что удар срикошетил планету.

Его последствия, за которыми наблюдали оптически, хотя корабль уже утроил расстояние от Квинты, были ужасающие. С океанического эпицентр разбежались цунами. Массы воды, поднятой на стократную высоту крупнейших притоков, залили прежде восточное побережье Гепарии и тисячомильним фронтом затопили ее огромное равнинную территорию. Океан хлынул в глубь суши, образуя озера размером с море, потому глубокую плиту литосферичнои мантии Квинты была смята, и воды заполнили депрессии на поверхности.

Вместе биллионы тонн воды, виштовхнени кипучей паром над стратосферу, окружили сплошным слоем облаков всю планету, и только тонкое ледовое кольцо блестело над ним на солнце, как бритва.

Стиргард потребовал от Накамуры доклада о результатах спиноскопии, которая ни на секунду не прерывалась после луноклазму. Сразу же после того, как луноклазм закончился, Стиргард приказал выстрелить с борта корабля и вывести на орбиту Квинты впереди нее и позади тяжелейшие магнетронной агрегаты - настоящие молох вместе с сидеральных питателями, каждый массой в семь тысяч тонн, и окружить планету, чтобы защититься от возможной атаки метателей когезийного тиснения. Это были бомбовые грасеры одноразового использования. По плану, который произвел штаб SЕТИ, они должны были служить для аннигиляции астероидов, если бы Гермес встретил их по дороге в Квинты и через свою световую скорость неспособен был бы маневрировать с целью обхода препятствий, столкновение с которыми не выдержали бы защитные щиты.

Перед Накамура успел проинформировать командира о данных спиноскопии, тот неожиданно спросил второго пилота, Темпе, откуда он знает древний латинский девиз Мето то итрипе Иасеззии, которым закончил недавнее совещание.

Темпе не вспоминал.

- Вряд ли ты когда был филологом. Скорее ты читал По. Бочонок амонтильядо.

Темпе растерянно покачал головой.

- Во? Того, что писал фантастические рассказы? Как знать ... Впрочем, я не помню, что читал ... перед Титаном. Разве это так важно?

- Это мы еще посмотрим, но чуть позже. А сейчас прошу результаты этнографии.

Накамура еще и рта не успел раскрыть, как Стиргард вставил:

- Аппаратуру тоже был атакован?

- Дважды. Грасеры уничтожили несколько десятков ракет. Голенбахивськи дифракции прервали прием спинограм без ущерба для изображения.

- Откуда стартовали эти ракеты?

- С бомбардируемый материка, но с территории, которая избежала катастрофы.

- А точнее?

- Из четырех Пунктов горной системы, на пятнадцать градусов ниже полярного кода. Пусковые установки расположены в глубине имитированных скал. Таких установок там немало - вплоть до тропика. Съемки обнаружили их добрую тысячу. Бесспорно, их значительно больше, но наиболее четко удалось различить те, которые стояли перпендикулярно импульсного поля. Планета вращается, а поле остается незыблемым. При непрерывной спиноскопии возникло бы изображение, которое не имело бы никакой ценности, - все равно, что человек, вертится перед рентгеном по сторонам, когда ей делают снимки. Поэтому мы перешли на моментальную томографию в микросекундах. До сих пор собрано несколько миллионов кадров. Я хотел дождаться полного оборота Квинты, а уже тогда передать все ленты ГОДОВ ...

- Понимаю, - кивнул Стиргард. - ГОД еще не получил снимков и не заключил их?

- Полностью - еще. Я успел просмотреть сведения ежечасных томограмм.

- Все-таки это нечто! Я слушаю.