- Анелькой? Она что - полячка? И в православном монастыре?
Опять помолчала иметь Параскева.

- Сын мой, сын ... Все люди есть люди ... А православные или католики, или мусульмане, или иудеи ... И если у кого есть печаль, то разве ворота нашей обители будет закрыта для него?
Загадочно смотрел сквозь ветви деревьев месяц. Видно было, как монахиня Евфросиния то рассказывала Анельци, а и слушала-слушала, кивая головой. А потом Анелька в отчаянии закрыла лицо руками и побежала, сорвавшись с места, побежала прямо на мать Параскеву и Андрея Закривидорогу.
Она споткнулась и упала, и тогда Андрей бросился к ней, чтобы подвести ее.
- Вам нехорошо? - Спросил он ее.
Он помог ей подняться. Посадил на скамью. С другой стороны присела иметь Параскева.
- Я сейчас принесу водички, - сказала монахиня Евфросиния.

- Не надо, - слабо сказала Анелька. - Не надо, дзенькуем.
Была она белокурая. По худеньких ицоках ее текли слезы. Длинные серебристые волосы вились и спадали на плечи. Лет двадцать пять было Анельци.
- Садитесь, пожалуйста, - сказал Андрей, поднимаясь с лавки и приглашая сесть монахиню Ефросы-нию.
- Ничего, ничего ... - отказалась монахиня.
- А я постою у вас или вот на травке посижу. Казаку везде родной дом - или в степи, или в лесу, или на море ...
- Ну ладно, - согласилась Ефросинья и села. Панна Анелька посмотрела на Андрея.
- Вы - казак, - сказала она. - Вы - счастливый!

- Чем же?
- Потому счастлив. Вы - свободный человек ... Вот сейчас вы вспомнили, что море - это ваш родной дом ... Вы бывали на море?
- Бывал, - то даже немного растерянно ответил Андрей Закривидорога. - Не раз бывал ...
- А встречались вам на море турецкие галеры?
- Ого! Сколько раз! Не одну турецкую галеру мы брали в свои руки ... А бывало, что и они нас принимали ...
- Слушайте, господин казак! Я вас умоляю: идите на море и захватывайте в плен турецкие галеры! .. Там - мой любимый Владек! Владек Гостинський! ..

И она снова закрыла лицо:
- Я прихожу ... к сестре Евфросинии ... она меня утешает, она молится православному Богу ... а я к своему Богу молюсь ... да избавит Владислава Гостинського, храброго шляхтича, из турецкой неволи ...
- Чует тебя бог, слышит молитвы твои, видит слезы чистые твои, - и он поможет! .. - Сказала мать Параскева.
- Ой, господин казак, - всхлипнула Анелька. - Майонтек Гостинських силой и неправдою отобрал господин Сулятицкий, а потом все там было уничтожено турками, когда была Хотинская война. А мои родители - что они могли поделать? Они не хотели, чтобы я объединилась с господином Владко. Ибо он беден шляхтич, но он храбр, казаче! Он честный и благородный, казаче! .. А потом моя мама умерли, а папа от горя сгорели от паленки. Как спасти господина Владко, моего Владко Гостинського? .. Может, где-то на тех галерах уж умер ... - И она снова залилась слезами ...

- Всячески бывает, панно Анелю, всячески ... Скольких невольников пришлось казакам выручать из галер! Может, и вашего Владко выручат! Давайте будем надеяться! .. А ведь знает он, где вас искать? ..