И хоть какой-то причине ее он не назвал, по отдельным намекам в разговоре Колхаун мог догадаться, что причина их ненависти к Мориса Джеральда одна, та самая, которая испокон веков, еще со времен Древней Трои, вызывает раздоры между мужчинами - женщина!
Прекрасной Еленой в этом случае была какая черноглазая сеньорита, жившей на Рио-Гранде, куда Морис-мустангер время от. Время ездил по делам. И та сеньорита начала отдавать ему предпочтение перед своим соотечественником.
Мексиканец не назвал имя девушки, и Колхаун, слушая его рассказ, тайком надеялся, что той сеньориты повезет пленить сердце его соперника, мустангера.
Пока отставной капитан выздоравливал, между ним и человеком, который должен был стать орудием его мести, состоялось еще несколько бесед, и, вероятно, они имели достаточно времени, чтобы прийти к соглашению и все обсудить.
Дошли они согласия или нет и каковы были их дьявольские замыслы - о том знали только они сами. А люди вокруг заметили одно - что отставной капитан Кассий Колхаун и Мигель Диас, известный по кличке Койот, будто очень подружились между собой, - и почти все удивлялись той взаимной привязанности, которая не обещала ничего хорошего.

Глава XXIV НА АСОТЕИ

На техасских плантациях лежебок нет. День там начинается с восходом солнца, и колокол, гонг или пастушеский рожок, созывая темнокожих тружеников за работу, одновременно поднимает из мягких кроватей и их хозяев.
Так было заведено в Каса-дель-Корво при предыдущем владельце, так осталось и теперь. Правда, семья американского плантатора сохранила этот обычай не из уважения к традициям, а с требованиями самой природы. В этом краю почти вечной весны просто жаль терять в постели великолепные утренние часы. Для отдыха, или же сиесты, здесь предназначено послеполуденный час, когда все в природе никнет под ярким, улыбающимся солнцем, будто пресытившись его слишком щедрыми дарами.
И на рассвете все живое вновь радушно приветствует первые солнечные лучи. Тропические птицы разрыхляют свое красочное перья, цветы разворачивают росистых лепестки, подставляя их под жаркие поцелуи солнца.Вся природа снова воспевает это ослепительное божество.
Очаровательная, словно красочная птица среди зеленой листвы, прекрасная, как цветок прерии, была и та, что этой утренней часа появилась на асотеи Каса-дель-Корво. Сама утренняя звезда, которая только встала со своего розового ложа, не сравнялась бы свежестью с молодой креолки, что стояла, обратив взор к небосклону, из-за которого медленно вытекала горячая золотая пуля техасского солнца.
Она стояла у самого края асотеи, и рука ее лежала на каменном парапете, еще влажном от ночной росы. Перед ее глазами был сад, обведенный блестящей дугой реки, дальше - высокий крутой склон противоположного берега, а ген за ним - широкая, необозримая прерия.
Или смотрела она на тот пейзаж, которым нельзя было не залюбоваться? Нет.

Девушка не замечала даже восхода солнца, хотя казалось, что она, как ревностная язычница, вышила помолиться ему.
Или слушала она звонкие песни птиц, исходившим из сада и окрестных рощ?
Нет, она не слышала и не видела ничего вокруг. Стояла и смотрела перед собой невидящим взглядом, а мысли ее блуждали где-то далеко.

Среди ясного голубого неба не было и тучки - а во главе ее лежала темная тень. Вокруг весело щебетали птички - а в ее глазах застыл грусть.
Она стояла одна. Некому было заметить ее грустное настроение, никому спросить, почему она грустит.
Причину высказали несколько шепотом сказанное слов, будто невольно слетели с ее губ:
- А может, он тяжело ранен? ..