Если мы его возьмем, я тебя отпущу на все четыре стороны!

- Поклянись! - Яростно сверкнул глазами Коломайко.
- Ты смотри! - Ахнул хлопали.
- Да! - Так же ахнул Цабекало.
- Перед такими, как ты, не клянутся. Я тебе сказал - вот и все! Я клялся перед войском запорожским и перед гетманом. А не перед предателями ... Так ведешь?

- Веду, - ответил Коломайко.
- Охрана у него есть?
- Зачем ему охрана? - Затравленно осклабился Коломайко.
- Правду говоришь или опять врешь?
- Говорю правду ... - захлопал он глазами и снова поморщился.
Яремко, хлопали и Цабекало переглянулись. Да, есть шанс уполюваты очень большую птицу - самого сеньора Гаспареоне. И надо брать эту птицу в ту минуту, когда она еще не озаботилась исчезновением Коломайка и ждет его приход с вестями от полковника.
Посадили Коломайка на коня, поехали. Дорогой Яремко расспрашивал:
- Где тебя ждет сеньор Гаспареоне?

- В татарском мазанке под скалой ... Там такой роща и водопад.
- Он увидит, что ты не один?

- Если и увидит, то в последний миг ... Между тем вмешался хлопали. Его не так интересовал вопрос, где сидит сеньор Гаспареоне, как другое: о чем агент Кантемира мог наедине говорить с полковником Мизерницею.
- Говорить? - Спросил у Яремка, будто он здесь был самым старшим, Коломайко.
- Говори, - потребовал и Яремко.
- Мы говорили о разном ... О том, что нам нужно знать было. И о том, что нужно господину гетману ...
- Постой-постой, - начал догадываться Яремко. - Так это с вашей наущению полковник Мизерниця сказал нам, что никаких турецких морских сил на западном берегу Черного моря нет?
- С нашей.
- Но сотня Дерикот обнаружила их?

- Обнаружила, - спокойно ответил Коломайко. - А Мизерниця послал всю эту сотню известной нам и ему дорогу. Кантемир оставил тысячу своих воинов - и они уничтожили эту сотню в ноги. Вместе с ней погибла и тайна ... Ох, - простонал Коломайко.
- Что?
- Рука болит. Вы же ее мне перебили к черту ...
- Не надо было сабелькой махать возле моего носа ... Так вот, значит, вы с Мизерницею решили загнать казаков в ловушку?
- Не я с Мизерницею, а сеньор Гаспареоне и Кантемир ... Мы только выполняли то, что нам сказали ...

- А когда же это Мизерниця стал вашим помощником?
- Давно, - неохотно ответил Коломайко.
- Все-таки ...
- Он во Цецорой утрапив в плен. Сидел в темнице. Казаки сделали подкоп и уже имели бежать - так он их высказал, а за это его наградили й выпустили.
- А те, что делали подкоп? - Вмешался хлопали.
- Их на кол посадили ...
- Так-так ... - вздохнул хлопали.

- Да, - согласился и Цабекало.
- А потом я его увидел у Днестра. Сказал Кантемир, что это - наш человек. Мы взяли мешок цехинов и принесли ему. Он сначала хотел нас выгнать из своего шатра. А Кантемир ему сказал, что это деньги - за тех казаков-беженцев, которых посажено на кол. И еще сказал, что нам известно все. А если он не захочет делать то, что потребуем мы, то это все станет известным Дорошенко. Господин полковник тут же скисли и сдались на милость победителя ... Вот такие они, ваши полковники ...
- Мехтодю, - сказал хлопали.
- Что, Аким? - Тут же отозвался Цабекало.
- Заворачивай своего Муцика - и немедленно к самому Дорошенко. Все, что услышал, расскажи ему.

- А как же вы? Вам же тяжело будет вдвоем против двух ...
- Все может быть, Мехтодю! Ты должен передать господину гетману о полковнике все, что услышал! Понял? Может быть, что, кроме тебя, никто не передаст! Ясно?
- Да!

- Тогда прощай!
- До свидания, мальчики!
И Цабекало тут же стремглав помчался обратно.