Она уже уехала отсюда?
- Уехала, - ответил Морис, видимо удивлен .- Ну конечно, я с ней не виделся. Да и узнал о том, что она была здесь, только когда лежал больной и она присылала мне всякие лакомства. Правду говоря, они были мне очень кстати. Гостиничная кухня далеко не из лучших, да и мистер Обердоффер относится ко мне не очень благосклонно. Донья Исидора слишком щедро отблагодарила меня за ту небольшую услугу, что я ей когда-то сделал.

- Услугу? Можно спросить, какую именно, мистер Джеральд?
- Конечно. Это была чистая случайность. Просто мне представилась возможность вступиться за эту девушку и спасти ее от индейцев - Дикого Кота и его соплеменников-семинолов. Она попалась им в руки, когда ехала из Рио-Гракде в гости к своему дяде, дона Сильвио Мартинеса, - вон там видно его дом. Те негодяи были пьяны,-и ей угрожала, может, и не смерть, но немалая опасность. В общем, бедная девушка оказалась в затруднительном положении, и ей было бы нелегко вырваться, если бы я случайно не проезжал там.
- И это вы называете небольшой услугой? Вы слишком скромны в своих оценках, мистер Джеральд. И если бы кто сделал такое для меня ...
- Так чем бы вы отблагодарили ему? - Спросил мустангер с ударением на последнем слове.
- Я бы полюбила его, - быстро ответила девушка.
- А если так ...- Морис подъехал почти вплотную и, наклонившись к ней, прошептал ей на ухо так горячо, что даже удивительно было слышать от него, всегда такого сдержанного: - А если так, то я отдал бы половину своего жизнь за то, чтобы увидеть вас в руках Дикого Кота и его пьяных соплеменников, а вторую половину - за то, чтобы спасти вас от опасности!

- Вы правду говорите, Морис Джеральд? Не шутите со мной, я не ребенок. Скажите искренне! Это правда?
- Да, правда! Клянусь небом! Самые сладкие мигом в моей жизни была та, когда под
время верховой прогулки одна волшебная женщина наклонилась ко мне в седле и поцеловала меня.
Нежнейшим поцелуем, который изведал Морис Джеральд, был поцелуй Луизы Пойндекстер, когда она, поднявшись в стременах и положив руку ему на плечо, горячо воскликнула:
- Пусть будет что будет! Я люблю тебя! ..Я люблю тебя!

Глава XXVIII ЗАПРЕЩЕНА Утешение

С тех пор как в Техасе появились первые англосаксонские поселенцы, а можно сказать, и на сто лет раньше - со времен колонизации этого края потомками конкистадоров, - крупнейшим хлопотами были отношения с индейцами.
Независимо от того, были ли эти законные хозяева страны в состоянии открытой войны с поселенцами, или шли на временное примирение, они всегда оставались неизменной темой разговоров. Когда шла война, говорили о постоянной опасности нападения индейцев; когда выпадало замирения - о том, какое время оно может длиться, надолго краснокожие закопали свои томагавки .
И тогда, как Техас принадлежал в Мексику, и после того, как его завоевали американцы, не было острой темы разговоров ни за завтраком, ни за обедом, ни за ужином. В богатых гасиенда плантаторов и в убогих охотничьих хижинах слова медведь, ягуар, вепрь звучали реже и вызвали не такой страх, как слово индеец. Индейцами в Техасе пугали детей, - как вот у нас их пугают домовыми, - и они долго не могли заснуть на своих набитых мхом матрасик, равно как и их родители.