Только сейчас увидел Андрей, что рядом из солдатской шатрами неподалеку от резиденции кал ги стояло и шатер, где разместился гарем,
Андрей кивнул своим ребятам: Повартуйте, а я ... - и заехал за шатер. Но там тоже не было никого.
И тут он в третий раз услышал: Андрей! Но на этот раз - тихо-тихо.
И тут же увидел небольшую щель в плотной ткани шатра. А в щели - глаз. И он уже видел когда это глаз! Но где? Где?
- Кто ты? - Спросил Андрей, подойдя ближе.

- Это я, Андрюша! - Послышался шепот из-за ткани. Где-то там, в глубине шатра, слышались звуки музыки, чьи голоса. - Это я Андрюша, вспомни монастырь!
Волосы поднялись на Андрее. Господи! Неужели это та монахиня Евфросиния, личико которой так часто снилось ему в походе? Как, каким образом она здесь оказалась?
Андрей выхватил нож из-за пояса и разрезал ткань шатра. Перед ним стояла бывшая монахиня Евфросиния, а в девичестве Галя Шлапакивна! Только теперь она была не в Чернецкому одежде, а полураздетая, как те девушки, которые покупают для своих развлечений татарские мурзы и ханы.
- Не смотри на меня такую, Андрюша! - Попросила Галя-Ефросикия. - Родной мой! Когда я увидела тебя, я чуть с ума не сошла! Я позвала тебя, но ты не услышал! ..
Он смотрел на нее и не верил глазам - такая она была молодая!

- Девочка моя, - чуть не рыдая, сказал Андрей. - Я слышал, что ты меня позвала. Но не увидел! Я мчался к Шагина-Герая в деле! ..
- Меня вместе с другими людьми захватили сеймены и янычары Кантемира, - лихорадочно зашептала она. - Я ходила домой - повидаться с сыном своим. А когда шла обратно - меня схватили. Не сжалились ни на одеяние мое, ни на крест, ни на плат. А потом сеймены перевернулись на бок Шагина - и подарили ему меня ... Он хочет, чтобы я стала еще одной его наложницей. Я просила, я умоляла, я говорила, что я монахиня, что у меня ребенок есть, что я не гожусь ему в наложницы, но он ... Он крикнул: Ях-вые ханым! - И все! .. Андрюша, Богом прошу-прошу: спаси меня! ..Откупы меня в Шагина, отбей или укради, Богом молю - рабыней твоей состояния, только забери меня отсюда! .. Одна из моих подруг задушила себя ночью ... А другая - сошла с ума.
Все это она выпалила одним духом - и теперь смотрела на Андрея, не спуская с него глаз.

Что же делать? Нужно немедленно решать! Можно сейчас украсть ее и, отстреливаясь, умчаться в казацкий лагерь. Но что это даст? На Сечи или в казацких лагерях во время похода женщин быть не может. Закон ... Что делать? ..
- Андрюша, - зашептала она. - А если ... а если ... если ты скажешь, что я - твоя жена? Я скажу Шагин: я жена Закривидорогы. Не будет же он допытываться у сейменов, они меня взяли! .. А? .. Спаси меня, умоляю! .. Или у тебя есть кто в душе? .. Так не бойся .. Я стану тебе за рабыню, за прислужницу или опять уйду в монастырь, не бойся меня! ..
Боже мой, она должна так унижаться! Ведь никого в его душе не было, кроме нее! ..
- Галочка ... Ефросинья ... - запутался он.
- Говори: Галочка!
- Галочка, пусть будет так, как ты сказала. Ты - моя жена. Я сегодня же скажу об этом гетману, а он постарается тебя выручить.