Слева к мостовой прижался лес, за развилкой он немного отступал, дальше виднелось поле, было оно засеяно рожью или пшеницей, урожай уже давно собрали и вывезли, но поле еще не вспахали под озимые - стояло сиротливо, незатишне.Хмары затянули небо, висели над самыми деревьями. Уже рассвело, воздух был тяжелый и пронзительный, и Шалалай пожалел, что не надел шинели. Правда, плащ-палатка была у капитана совсем новый, хотелось похвастаться им перед другими офицерами райцентра, поднятыми посреди ночи по тревоге, и вряд ли кто в ночном беспорядочном тлуми заметил его, а теперь капитан немного замерз и завистливо посмотрел на солдата в великоват, но теплой шинели. Резко повернулся к нему .- Фамилия? - Спросил, словно скомандовал .- Воробей! - Солдат для чего улыбнулся, хотя по уставу этого нельзя было делать. И добавил: - Воробей Микита.Десь вдалеке вдоль леса послышался рокот мотора, и скоро к развилке подъехала, скрежеща ржавым железом, пивторатонка. Вел ее муж в старой гимнастерке, рядом с ним сидел еще один в кителе, а в кузов набилось десятка полтора женщин, преимущественно в ватянках.Шалалай поднял руку, то заскрежетало в машине, она выбросила клуб черного дыма и как-то нехотя зупинилась.Капитан подошел к машине . Он знал человека, который сидел в кабине, сам выписывал ему документы после демобилизации, - нынешний председатель здешнего колхоза имени Ленина Иван Сидорович Мурейко, а за рулем известный на весь район любитель-механик и бывший танкист Николай Жила - это он фактически из металлолома составил единую на весь район колхозную пивторатонку, предмет зависти голов окружающих артелей .- Привет, капитан, - помахал ему рукой Мурейко. - Что случилось? С этой машиной и ее пассажирами все было ясно, но Шалалай спросил строго: - Посторонних нет? - Какие посторонние, капитан, девушек на поле везу.Дивчата были, правда, преимущественно престарелые, и Шалалай не воспринял шутки головы. Залез на подножку, заглянул в кузов: не спрятался хоть кто. Слез и махнул рукой, позволяя ехать, и Мурейко спросил: - Кого ищете на рассвете? - Вы из деревни? - Уклонился от ответа Шалалай.- Откуда же еще? - Никого по дороге не видели? - Нет .- Давайте ... - махнул капитан рукою.Машина двинулась, Шалалай отошел на обочину и закурил. Происходил немного по краю дороги, затоптал недокурок.У это время вдали то чуть загудело, будто задзичав шмель, звук постепенно усиливался, и скоро стало ясно, что к развилке приближается мотоцикл.Шалалай, поправив автомат, повернулся в сторону и наконец увидел подвижную точку вдоль леса. Взглянул на Воробья, хотел предупредить, чтобы тот был внимателен, но увидел, как солдат снял с плеча автомат, и успокоился. Когда мотоцикл подъехал к развилке, Шалалай вышел на середину шоссе и властно поднял руку, приказывая зупинитися.Мотоциклист прижался к обочине - ехали на нем двое: мужчина за рулем в таком же плащ-палатке, который был на капитане, и женщина в шинели с погонами младшего лейтенанта .- В чем дело? - Спросил человек. Он не слез с седла машины и не выключил мотор .- Проверка документов. Прошу предъявить! - Приказал Шалалай строго.